- Сообщения
- 4.422
- Реакции
- 4.916
Жизнь больших писателей всегда похожа на их книги. Смерть тоже.
Николай Васильевич Гоголь умер в Москве, в особняке на Никитском бульваре утром 21 февраля 1852 года. Уже тогда это печальное событие оказалось окружено неким мистическим ореолом.
А все из-за того, что у писателя была тафофобия — боязнь оказаться похороненным заживо. Об этой странности хорошо знали не только друзья Гоголя, но и врачи, лечившие его.
Так что вовсе не удивительно, что сразу после похорон по Москве поползли слухи о том, что писатель на самом деле не умер, а впал в летаргический сон и его похоронили заживо.
Все эти пересуды не имели под собой никакой основы и вскоре были забыты обществом. Но прошли годы, и в 1931 году Москву всколыхнуло известие о том, что Гоголя действительно похоронили заживо.
После этого легенда обрела мощное второе дыхание. Ей посвятил стихотворение Андрей Вознесенский, а участники очередного сезона «Битвы экстрасенсов» даже подвергались испытанию на могиле писателя.
Мало того, в дополнение к легенде параллельно ходила еще одна — о том, что Гоголь в гробу оказался без головы, а при переносе праха пропали элементы погребального одеяния и даже отдельные части останков.
Сейчас во всю эту мешанину слухов и домыслов поверить сложно, но до сих пор находятся те, кто полагает, что в истории похорон великого писателя и перезахоронения его праха не всё так однозначно.
В 1845 году Гоголь составил завещание. В первом же его пункте говорилось:
«Завещаю тела моего не погребать до тех пор, пока не покажутся явные признаки разложения. Упоминаю об этом потому, что уже во время самой болезни находили на меня минуты жизненного онемения, сердце и пульс переставали биться».
Близкие и друзья писателя прекрасно знали о боязни Гоголя уснуть летаргическим сном и быть похороненным заживо. Знали об этом и московские врачи, которые наблюдали Гоголя незадолго перед его смертью.
Скептикам и реалистам сложно поверить в то, что консилиум, состоявший из 5 профессоров, не смог отличить смерть от летаргии.
К тому же, на второй день после кончины в дом Гоголя был приглашен скульптор Николай Рамазанов для снятия посмертной маски. Профессиональный мастер прекрасно мог определить, можно ли ему приступать к наложению алебастра, или нет.
Сохранилось письмо скульптора, где он описывает свою работу у смертного одра писателя и пишет, что «это не летаргия, но вечный непробудный сон».
Похоронили Гоголя на кладбище Свято-Данилова монастыря в Москве, но, как уже говорилось, в 1931 году прах писателя понадобилось потревожить. Согласно планам московского правительства, в здании монастыря предполагалось создать приемник-распределитель для малолетних преступников, а само кладбище ликвидировать, предварительно перенеся прах похороненных там известных людей.
Вскрытие могилы Гоголя состоялось 31 мая 1931 года. Проводилось оно не в тайне и не второпях. Наоборот, на процедуру был приглашен цвет московской интеллигенции — писатели Иванов, Лидин, Малышкин, Олеша, поэты Луговской и Светлов.
Были там и музейные сотрудники и даже археологи. Именно поэтому процесс извлечения останков был задокументирован и хорошо описан в различных мемуарах и воспоминаниях.
Но именно присутствие большого количества людей внесло в вопрос разброд и шатания. Очевидцы события противоречат друг другу и сами себе.
В своих воспоминаниях писатель Владимир Лидин прямо заявляет, что при вскрытии гроба не обнаружили черепа и «останки Гоголя начинались с шейных позвонков». Далее Лидин приводит городскую легенду о том, что череп якобы был украден монахами Свято-Даниловского монастыря по заказу известного театрального коллекционера Алексея Бахрушина еще в 1900 году, когда производилась реставрация могилы.
Лидину противоречит специалист по московскому некрополю Мария Барановская, тоже присутствовавшая при перезахоронении. Она утверждает, что сохранился не только череп, а и светло-каштановые волосы на нем.
Поэт и переводчик Сергей Соловьев писал, что при вскрытии могилы не было обнаружено не то чтобы черепа, а и вообще останков писателя. Вместо этого пустой гроб стоял внутри каменного склепа с целой системой вентиляционных трубочек.
При этом в официальном акте о вскрытии и переносе останков, который хранится в Российском государственном архиве литературы и искусства, нет ни малейшего указания на какие-либо эксцессы при переносе праха.
Такое обилие взаимоисключающих сведений, да еще и рассказанных известными писателями и историками, привело к тому, что легенда о пропавшей голове зажила своей жизнью.
Ученик Владимира Лидина Юрий Владимирович Алехин провел собственное расследование, и писатель рассказал ему совершенно другую версию событий.
Мол, череп был на месте, но только «повернутый набок, словно шея сломана», а на внутренней крышке гроба были отчетливые беспорядочные царапины.
Это мгновенно породило легенду, что Гоголя все же похоронили заживо, несмотря на его завещание.
Кстати говоря, в разговоре с Алехиным Лидин признался, что при перезахоронении стащил кусок сюртука Гоголя на память. А другие литераторы украли из гроба «ребро, берцовую кость и один сапог».
Лидину вторил литератор Вячеслав Полонский, при перезахоронении не присутствовавший, но лично знавший многих очевидцев. Вот его слова:
«Один отрезал кусочек сюртука Гоголя (Малышкин), другой - кусок позумента с гроба, который сохранился. А Стенич украл ребро Гоголя - просто взял и сунул себе в карман».
Такое поведение взрослых уважаемых людей удивляет, но, как ни странно, добавляет их словам искренности.
А вот упорные реалисты уверены, что в том, что голова оказалась в гробу повернутой на бок, нет никакой мистики. За столь длительное время боковые стенки гроба прогнивают, крышка опускается и все это может привести к смещению черепа.
Что до царапин, то за 80 лет, прошедших с похорон, никакая даже самая прочная древесина не сможет сохранить на себе такие отметки. Сторонники реалистичной версии убеждены, что у Владимира Лидина, который без сомнения знал о завещании Гоголя, просто разыгралось воображение.
И все же, не так все просто. В 1931 году одновременно с телом Гоголя переносили прах философа Н. Хомякова и поэта Н. Языкова, и ни один из впечатлительных московских литераторов не заметил в их останках ровным счетом ничего загадочного и пугающего.
