- Сообщения
- 4.359
- Реакции
- 4.888
Некоторым правителям прошлого были свойственны определенные чудачества.
Ди Синь, последний император китайского государства Шан‑Инь, существовавшего три тысячи лет назад, сделал плавание в алкоголе своим повседневным занятием.
Будучи невероятно богатым и крайне эксцентричным, Ди сначала построил на горе в своей столице Чаогэ так называемую Оленью башню — роскошный дворец, полный самых разнообразных удовольствий, а вокруг разбил пышные сады.
В саду император устроил озеро из вина, достаточно большое, чтобы он и его наложницы могли плавать по нему в лодке. Посередине водоёма располагался искусственный остров с несколькими деревьями, на которых заботливые слуги развешивали куски жареной говядины и свинины. Кроме того, они насаживали на ветки, как на вертела, приготовленных цыплят.
Когда император хотел пить, он зачерпывал кубком из‑за борта, а потом закусывал, срывая самые лучшие куски мяса с дерева.
По его приказу самые красивые девушки и самые сильные юноши собирались на этом острове, напивались и устраивали оргии. Сам же повелитель с удовольствием наблюдал за их общением.
Фестиваль счастья, который время от времени проводил Ди Синь, получил название, переводящееся с китайского как «винный пруд и лес мясной». В наши дни эта идиома у китайцев характеризует расточительство и разврат, граничащие с безумием.
Ди Синь разорил страну, и под конец жизни начал пытать людей просто для развлечения. В этом ему помогала его супруга, королева Даджи, которую китайцы того времени боялись больше, чем королевского палача.
В конце концов армию императора Ди разбил великий полководец Цзян Цзыя. Потерпевший поражение царь покончил с собой, бросившись из окна своей нефритовой Оленьей башни.
Придворные, освободившиеся от власти императора, после смерти дали ему прозвище Чжоу Синь, что переводится с китайского, как «грязная лошадиная задница».
Резервуар, куда Ди Синь заливал вино, в 1999 году нашли археологи в местечке Чжаогэ, и установили его точные размеры - 130 × 20 × 1,5 метра.
Ещё один интересный китайский правитель, У Ди, правил Западной империей Цзинь. Ему хватило политического таланта и воли, чтобы захватить Восточное царство У и в 280 году объединить под своим началом весь Китай.
Но больше, чем политику и власть, У Ди любил секс. По самым скромным подсчётам, у него было около 10 тысяч наложниц.
Под конец своего правления он решил отойти от дел и передал полномочия чиновникам и губернаторам. А сам выбрал из своих любовниц пять тысяч самых красивых, поселил их в уютном коттеджном посёлке рядом с отдалённым дворцом и переехал туда сам.
Каждое утро он садился на небольшую тележку, запряжённую козлами, и ездил кругами по посёлку. С хозяйкой того домика, у которого животные останавливались, император и проводил ночь любви.
Каждая из живших в посёлке женщин изо всех сил стремилась приманить животных, чтобы император остановился именно у неё. Одни расставляли на подоконниках солонки (козлы любят соль), другие рассыпали у порога листья бамбука.
Тем временем отец жены У Ди, императрицы Ян Цзюнь, захватил власть в государстве. Но У он не тронул и тот даже не узнал о заговоре. Он так и жил до конца своих дней, катаясь на козлах среди домиков своих наложниц.
Иногда странности правителей можно объяснить с позиций психологической науки.
У султанов Османской империи был специальный дворец, кафес (от турецкого слова «клетка»), где располагался императорский гарем (сераль). Там жили мать султана, его жёны и наложницы, а также царские дети. Наследных принцев держали в «золотой клетке», чтобы они не могли бросить вызов отцу и захватить власть.
Ибрагим I прожил в кафесе 22 года и от длительного заточения стал немного сумасшедшим. После того как умер его старший брат, султан Мурад IV, он стал новым султаном.
Поначалу Ибрагим старался быть хорошим правителем. Он путешествовал по стране инкогнито, смотрел, что не так в его султанате, а затем исправлял накопившиеся за период царствования старшего брата проблемы.
Ибрагим помирился с Австрией, отбил у русских Азов, стабилизировал экономику и прижал к ногтю продажных губернаторов провинций.
Османская империя вздохнула спокойно, и вот тут-то султан проявил своё чудачество во всей красе. Сначала он женился на своей наложнице Хюмаше, подарив ей дворец, полы в котором были устланы соболиными мехами.
Сам он тоже обожал меха и без них на людях не появлялся. Французские послы за эту черту характера называли Ибрагима за глаза Меховым человеком. Сколько соболей было потрачено в процессе украшения дворца, никогда и никому подсчитать не удалось.
Затем Ибрагим завёл ещё семь жён и всем дарил дворцы, соболей и сундуки с драгоценностями, спровоцировав очередной экономический кризис в стране.
А еще он велел построить у себя в резиденции пруд с рыбками, которых кормил деньгами, искренне считая, что золотые рыбки питаются золотыми монетами.
Ибрагим отличался болезненной страстью к дамам пышного телосложения, причём те должны были быть выше его ростом.
Впрочем, быть избранницей турецкого правителя было небезопасно. Как‑то раз, пребывая в дурном расположении духа, Ибрагим, ничего никому не объясняя, приказал зашить 280 его наложниц в мешки и скинуть их со стены в Босфорский залив.
В конце концов приближённые султана поняли, что пора что‑то делать, и убили его. Новым правителем стал шестилетний сын Нади и Ибрагима, Мехмед IV, вошедший в историю, как один из самых продуктивных правителей Османской империи.
Юстин II, император Византии в 565 году нашей эры, был чудаком даже по сравнению с описанными историческими персонажами.
Во-первых, он, по собственному признанию, постоянно слышал голоса.
Правителем Юстин был весьма посредственным, и персы отобрали у него большую часть Италии. Узнавая от генералов о маневрах врагов, Юстин бегал по покоям с воплями, периодически прячась под кровать.
По его приказу во дворце всё время громко играла органная музыка, которую его император обожал, потому что она заглушала беспокоившие его «голоса».
По ночам Юстин пьяный гонял на колеснице по Византии, калеча и убивая редких прохожих.
Под конец жизни император начал, не стесняясь, кусать за голову своих приближённых, которые ему чем‑то не угодили. Те нашли способ урезонить господина — они смастерили ему трон на колёсиках и часами катали его по дворцу, что вызывало у Юстина просто невероятный восторг и отвлекало его от опасных затей.
Помимо прочего, Юстин II съел двух своих слуг, после чего другую челядь приходилось загонять во дворец при помощи вооруженных солдат.
Римский император Домициан, правивший с 81 по 96 год нашей эры, был лысым, как бильярдный шар, но парика не носил.
Вместо этого он официально приказал художникам и скульпторам изображать его только с роскошной шевелюрой.
Если у Домициана появлялся политический противник, император лично приглашал его в гости на дружеский ужин. В ходе пиршества его августейшее величество всячески демонстрировал приглашённому своё расположение и давал ему понять, что, несмотря на разногласия, они могут стать друзьями.
Гость уходил из дворца в полной уверенности, что теперь он друг императора Домициана. А на следующий день гвардейцы‑преторианцы хватали его и вели к палачу, который пытал его неделями, не давая умереть.
Кроме того, Домициан обожал гладиаторские бои, но не простые, а особенные. По его собственным словам, ему было неинтересно смотреть, как два огромных потных мужика убивают друг друга, поэтому при нем на арене дрались фигуристые женщины.
Чтобы у дам было больше шансов, император ставил им в противники карликов, и порой, сидя в ложе, сам стрелял то в одних, то в других из лука.
Любимым средством расслабления Дома было отрывать мухам, которых для него ловили слуги, крылышки.
Под конец правления Домициан окончательно свихнулся и устроил массовые репрессии, утопив Рим в крови. Этой вакханалии положила конец его жена Домиция Лонгина - Домициана по её приказу убил при помощи нескольких гладиаторов ее преданный слуга.
На трон сел выходец из Сената по имени Марк Кокцей Нерва, который решительно навёл порядок в империи, став одним из лучших правителей в истории Рима.
По сравнению с другими, император Лю Бан, он же Гао‑цзу, правивший Китаем две тысячи лет назад, был довольно неплохим монархом.
Он победил враждебную империю Чу, но милосердно отнёсся к захваченным простолюдинам. Снизил налоги и даровал свободу людям, оказавшимся в долговой яме. Вытащил страну из финансового кризиса и в течение шести лет кормил разорившихся во время междоусобных войн крестьян, пока те не поправили своё финансовое положение.
Но Лю Бан очень не любил конфуцианцев, мудрости которых поклонялись миллионы его подданых.
Увидев учёного в характерной шляпе, он обязательно спрашивал: «Ты проповедуешь учение Конфуция?» Если тот отвечал утвердительно, император снимал с него шляпу, мочился в неё и снова надевал бедняге на голову.
Но однажды, как сообщают исторические документы, Лю Бан изменил своё мнение. Он встретил одного из видных последователей Конфуция, учёного Лу Гу. Шляпы тот не носил, ходил с непокрытой головой, и император не смог унизить его так, как привык и хотел.
Тогда Лю с издевкой произнес: «Я одерживаю в завоеваниях победу за победой, сидя в седле на своём коне. Зачем мне нужны книжки, законы и постулаты вашего Конфуция?»
Лу поднял на императора взгляд и тоже с издевкой ответил: «Когда все победы будут одержаны, править государством ты тоже будешь, не слезая с лошади?»
Хроники уверяют, что император был так впечатлён остроумным ответом, что сделал Лу Гу своим главным советником, оказал большую поддержку конфуцианству и до конца своих дней жил в соответствии с принципами моральной добродетели, которые провозглашает это учение.
